«А жизнь-то, кажется, налаживается! – с радостью подумал Лёнька. – Сегодня первое июня – ур-р-ра, наконец-то лето пришло!»

Размахивая руками и припрыгивая, он побежал на кухню, но там никого не оказалось, кроме кота. Родители, конечно, уже уехали. Вчера пришла телеграмма из Тулы, в которой говорилось о том, что умерла дальняя родственница отца. Похороны должны были состояться сегодня днем, вот родители и собрались поехать в Тулу на самом раннем утреннем поезде, чтобы поспеть к этой печальной церемонии. И даже не оставили как обычно записку с перечнем дел, которых ему, Лёньке, следовало бы сделать в саду и огороде. Наверное, пожалели – ведь у человека каникулы только начались. А это значило, что в его распоряжении целый чудесный день! Да что там день – целых три месяца лета!

Наскоро позавтракав оладьями и горячим какао, Лёнька надел шорты, кроссовки и свою любимую футболку с изображением Михаэля Шумахера, гонщика «Формулы 1», и выбежал во двор.

Дом Кротицыных располагался на высоком, обрывистом берегу Москва-реки. За голубой лентой реки расстилался широкий заливной луг, а за ним лежала гряда холмов, на которых располагалось село Знаменки. За последние годы оно густо обросло словно боровиками большими красивыми коттеджами. В самом центре Знаменок, на высоком холме, горделиво возвышалась недавно отреставрированная церковь. Ее крест, казалось, касался брюха одинокого пушистого облака, похожего на расшалившегося щенка.

Первым делом Лёнька подбежал к калитке и, отрыв ее, вышел на край высоченного, метров в двадцать высотой обрыва. Увы, на реке еще было пустынно. После долгих холодов, конечно же, вода была слишком холодной, так что начало купального сезона откладывалось на неопределенное время. Да и рыбаков не было видно – наверное, из-за резкой перемены погоды рыба перестала клевать.